Мэрилин Монро считалась одной из самых красивых женщин XX века, но у режиссёров и съёмочных групп она имела совсем другую репутацию. Пока остальные актёры уже находились на площадке, Мэрилин могла часами не появляться перед камерой. Иногда она приезжала поздно, а иногда, уже находясь в студии, долго не выходила из гримёрной.
Из-за этого её называли непунктуальной и даже капризной. Но почему же женщина, от которой зависела работа целой съёмочной группы, постоянно заставляла всех себя ждать?
Она очень боялась камеры
Одна из главных причин, которую отмечали люди, работавшие с Монро, — сильная неуверенность в себе. Несмотря на огромную популярность, Мэрилин вовсе не чувствовала себя уверенно перед камерой.
Актёр Роберт Митчам, снимавшийся с ней в фильме «Река не возвращается», вспоминал, что перед командой «Мотор!» она могла буквально пугаться и нервничать. По его словам, проблема была не столько в капризах, сколько в страхе перед самой съёмкой.
Получалось парадоксально: женщина, которую миллионы зрителей считали воплощением уверенности и сексуальности, могла чувствовать себя совершенно беспомощной, когда нужно было выйти на площадку и сыграть сцену.
Ей было трудно запоминать текст
Ещё одной серьёзной проблемой были реплики. Монро нередко забывала слова или начинала путаться в самых простых фразах. Из-за этого съёмки могли растягиваться на десятки дублей.
Особенно знаменитой стала история со съёмками комедии «В джазе только девушки». Например, короткую фразу «It’s me, Sugar» Мэрилин пришлось повторять 47 раз. В другой сцене она должна была сказать всего несколько слов о бурбоне, но реплика снова и снова получалась неправильно. В итоге режиссёр Билли Уайлдер начал прятать текст прямо в декорациях — например, писать его на предметах, которые попадали в кадр.
Но здесь есть важная деталь: когда Мэрилин всё-таки справлялась с волнением, результат мог быть великолепным. Некоторые сложные сцены она, наоборот, снимала очень быстро и практически без проблем. Поэтому её трудности нельзя объяснить простой неспособностью работать.
Почему она могла часами не выходить из гримёрной?
Для Мэрилин подготовка к съёмке была не просто вопросом макияжа и причёски. Ей требовалось психологически настроиться.
Она работала с актёрскими наставниками, в том числе с Паулой Страсберг, которая помогала ей справляться с ролью и эмоциональным состоянием. На площадке Страсберг находилась рядом с актрисой и иногда подсказывала ей после дублей.
По воспоминаниям людей, работавших с Монро, она могла долго находиться в состоянии тревоги, прежде чем решиться выйти к камере. Поэтому со стороны всё выглядело как обычное опоздание, хотя внутри это мог быть настоящий страх перед работой.
На съёмках «В джазе только девушки» ситуация стала особенно тяжёлой
Именно во время работы над знаменитой комедией 1959 года проблемы Монро с пунктуальностью и концентрацией стали особенно заметны.
Она часто опаздывала на площадку, забывала текст, просила дополнительные дубли. Ситуацию осложняли личные обстоятельства и проблемы в браке с писателем Артуром Миллером. Кроме того, во время начала съёмок у неё были серьёзные переживания, связанные с беременностью и предыдущими проблемами со здоровьем.
Поэтому считать, что она просто «не уважала чужое время», было бы слишком упрощённо.
Но оправдывать её полностью тоже нельзя
При этом съёмочная группа действительно страдала от её непунктуальности.
Когда актриса опаздывала на несколько часов, десятки людей были вынуждены ждать. Освещение, камеры, декорации и работа других актёров требовали точного расписания. Любая задержка означала дополнительные расходы и перенос других сцен.
Билли Уайлдер, режиссёр «В джазе только девушки» и «Зуда седьмого года», был особенно раздражён её привычкой опаздывать. При этом он прекрасно понимал, насколько талантлива Монро, и признавал, что результат на экране зачастую стоил всех этих мучений.
Именно в этом и заключался главный парадокс Мэрилин: работать с ней было чрезвычайно трудно, но отказаться от неё режиссёрам было ещё труднее.
Так почему же Мэрилин Монро постоянно опаздывала?
Скорее всего, не существовало одной-единственной причины.
Её опоздания складывались из нескольких факторов: сильной тревожности, неуверенности в своих актёрских способностях, проблем с запоминанием текста, сложностей личной жизни и общего психологического состояния. Иногда она действительно могла вести себя непрофессионально, и съёмочная группа имела полное право быть недовольной.
Но образ капризной кинодивы, которая просто заставляла всех ждать ради собственного удовольствия, слишком примитивен.
Мэрилин Монро могла опаздывать на съёмки на несколько часов — и затем провести великолепную сцену, ради которой режиссёр был готов забыть о предыдущих мучениях.
Наверное, именно поэтому Билли Уайлдер спустя годы говорил о ней не только с раздражением, но и с восхищением. На площадке она могла стать настоящей катастрофой для расписания, зато перед камерой превращалась в ту самую Мэрилин Монро, которую зрители потом помнили десятилетиями.